Дарья Ш. обратилась в суд в интересах своей несовершеннолетней дочери, чтобы восстановить её право на наследство после смерти отца - участника СВО, погибшего в августе 2025 года.

Судом установлено, что решением суда, вступившим в силу в мае 2026 года, был установлен факт отцовства погибшего в отношении несовершеннолетней дочери. На основании этого решения в июне 2026 года были выданы соответствующие документы. Нотариус отказал в оформлении наследства из-за пропуска установленного законом шестимесячного срока.

Истец обосновала пропуск срока объективными причинами: право на наследство возникло у ребёнка только после юридического установления отцовства.

Ответчики - супруга и мать погибшего - выступили против восстановления прав ребёнка.

Оценивая в совокупности доказательства, представленные истцом в обоснование своих доводов об уважительности пропуска срока для принятия наследства, суд пришёл к выводу, что до момента вступления в силу решения суда об установлении отцовства (май 2026 года) истец не имела правовых оснований для обращения к нотариусу. После вступления решения в силу она предприняла все необходимые меры для защиты прав ребёнка. Таким образом, пропуск срока был вызван обстоятельствами, не зависящими от воли истца, а потому подлежит восстановлению.

На момент открытия наследства наследниками первой очереди являлись супруга и родители наследодателя. В связи с отказом родителей от своих долей в пользу вдовы, а также с учётом выдела супружеской доли, суд, руководствуясь нормами ГК РФ, СК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9, перераспределил наследственную массу (жилой дом, земельный участок и банковские вклады).

Решением Фроловского городского суда Волгоградской области срок принятия наследства для несовершеннолетней дочери восстановлен, за ней признано право собственности на ¼ доли в недвижимом имуществе и 1/8 доли в денежных средствах.

Решение суда в законную силу не вступило.